Вайгач, 1970-е. Рассказ мамы. Продолжение. Иллюстрация.
Как студентка-отличница ушла в туман своим путём, заблудилась — и вышла к людям за человеком, которого не было.
Перескажу ещё одну историю, рассказанную моей мамой — в бытность её в полевом сезоне на острове Вайгач.
Услышав её, я перечитал много об этом острове, вы тоже можете это сделать. Остров священный, с ним связано много легенд. Он хранит тайны и загадки, которые нам никогда не разгадать.
Работала в этот полевой сезон с нами студентка Лена. Училась на 4 курсе геологического факультета МГУ. Ну из таких — «ум, честь и совесть нашей эпохи»: комсомолка, отличница, но с чертовски отвратительным характером.
Всё ей не так, не этак. Докопалась до рабочих: этот ходит медленно, тот копает плохо, а Вася вообще лентяй. Все её не устраивали.
Дело в том, что геологи ходят в маршрут парами, а маршруты не близкие — по 10, 15, 30 километров. Геолог идёт, работу делает, а рабочий несёт отобранные пробы и копает. В конце маршрута, когда проб много, несёт и геолог.
Мама её слушала-слушала, да так она её достала — что отдала Лене своего рабочего, а сама в маршрут с шизофреником ходила. Я в предыдущей части про него вам рассказывал.
На Вайгаче очень часто бывают туманы, и не просто дымка, а реальное молоко — на три метра еле что видно. Когда туман — лучше остановиться, посидеть. Ориентироваться там, когда тумана нет, довольно просто: остров не широкий, море видно, рельеф позволяет.
Ушли все в маршрут. С обеда туман опустился. Вечер — все с маршрута вернулись, а Лены с Николаем всё нет.
Приходит рабочий.
— А где Лена?
— Мы с ней разругались. Туман опустился — я говорю: туда нужно идти. А она своё. Упёртая до невозможности была. Вот и разошлись.
Мама заволновалась. Туман, да ещё белых медведей много.
Ну, Коленька… нехороший человек (ну конечно, не так было сказано). Бросил девчонку одну. Пусть даже она не права была — одну не надо было оставлять.
Побежали в основной лагерь, подняли людей. Стреляли из карабина, из ракетницы — а что толку-то, туман звуки глушит. Пошли искать.
В четыре ночи все вернулись. Туман висит. Лены нет…
В пять утра пришёл геолог из соседней партии — привёл студентку. Она к ним в лагерь пришла.
— Говорит, спим уже, в старом балке. Кто-то в дверь ломиться стал, думал — медведь. Я ружьё поднял, думал через дверь выстрелить. Дверь-то тонкая, таких ударов медведя не выдержит… Хорошо, она запричитала…
Их выкидной лагерь был в 35 километрах от нашего. Девчонка вся измотанная, устала так, ЧТО ГОВОРИТЬ НЕ МОГЛА, СРАЗУ СПАТЬ.
На следующий день мама решила провести с ней беседу: если выводов не сделает, поведение не поменяет — отстранить от работ. А что это такое? А это соответствующая запись в полевой дневник — и от отличницы ничего не останется.
Лена слушала молча, глаза в пол.
— Ты как вышла-то?
— Я тебе не хочу жизнь портить, но с такими выходками твоими мириться тоже не буду. А случись что с тобой — со скалы сорвёшься, медведь сожрёт — ответственность на мне.
Разница у них в возрасте была небольшая: Лене 20, маме 25. Поняли друг друга.
— Я когда с Николаем разругалась, пошла в том направлении, которое считала правильным. У меня и карта, и компас. Привязку к местности сделала. Ну уверена была, что верно иду. Прошла километров 10, думаю: сейчас на старые вешки выйду. А их нет, нет.
Туман клочками стал, вижу силуэт человека, с рюкзаком. Кричу ему, машу… А он идёт, от меня всё отдаляется. Я бегу, но догнать его не могу. Добежала за ним до воды, попробовала воду — солёная. На побережье он меня вывел.
— А геолог-то где?
— А он дальше пошёл.
— Так море же?
— Так по морю и пошёл. А я по берегу, пока на балок не наткнулась.
Мама эту часть истории посоветовала ей никому не рассказывать, да и сама никому не говорила — только мне поведала…
Север, он такой…
Много ещё загадок и тайн хранит…
Это продолжение рассказа «Мама на Вайгаче». Первая часть — про геохимическую съёмку, белых медведей и знакомство с будущим отцом: читать первую часть.
Мы собираемся на Вайгач в 2027 году. Хотите с нами — напишите или позвоните.
